Как импортозамещали нефтегазовое оборудование в Минпромторге России

22.04.2022    22.8 мин.    Нефтегазовая промышленность

После  введения санкций США и ЕС в 2014 году на Минпромторг России  возложили функции по импортозамещению, а в 2015 году курировать импортозамещение в нефтегазовом комплексе был назначен Сергей Кононенко, который начал активно работать с нефтегазовыми компаниями. До назначения в Минпромторг Сергей Кононенко работал в ОАО "Синара - Транспортные Машины", куда входят Людиновский тепловозостроительный завод, Уральский дизель-моторный завод, Центр инновационного развития СТМ, СТМ-Сервис, Калужский завод путевых машин и гидроприводов, ООО "Городские Транспортные Решения" - совместное предприятие холдинга "Синара-Транспортные Машины" и Группы компаний CAF (Испания). ОАО "Синара -Транспортные машины" привлекло крупную кредитную линию Газпромбанка. Ранее Кононенко работал заместителем генерального директора по инвестициям и строительству ОАО "Уралхиммаш", которая входит в группу Уралмаш-Ижора, принадлежащую Газпромбанку. 
К сожалению, проработал в министерстве Сергей Кононенко  недолго, но как раз в это время удалось что-то сделать в тесном контакте с нефтяниками и газовиками.
Эксперты отмечают, что сегодня министерские кураторы импортозамещения в нефтегазовом комплексе далеки  как от машиностроения, так и от нефтегаза, поэтому представлеют  интерес интервью бывшего куратора импортозамещения Агентству нефтегазовой информации.

- Сергей Юрьевич, какова доля участия российской промышленности в обеспечении нефтегазовых компаний?

- Затраты на продукцию нефтегазового машиностроения на российском рынке в 2014 году составили 14,5 млрд. долларов США из которых только 40% пришлось на отечественную продукцию. В целом, не смотря на высокую долю импорта, динамика производства продукции российскими производителями в 2010 – 2014 гг. является положительной (рост на 17%).
Согласно утвержденному от 3 ноября 2014 года Правительством РФ Плана мероприятий по снижению зависимости от импорта в ТЭК, ожидается в течение ближайших 5 лет существенное снижение доли импортируемых технических средств по всей технологической цепочке нефтегазового комплекса и увеличение доли участия российской промышленности в этой отрасли. Таким образом, к 2020 году средняя доля импорта в потреблении продукции нефтегазового машиностроения сократится с 60% до 43%.

- Еще полгода назад многие эксперты, а также представители бизнеса не до конца верили в эффективность программы импортозамещения. Как изменилась ситуация сегодня? Какая часть зарубежного оборудования и технологий может быть в ближайшее время заменена на отечественную?
- В отраслевом плане по импортозамещению в нефтегазовой отрасли указано более 40 позиций по укрупненным видам нефтегазового оборудования, техническим и программным средствам. По некоторым видам оборудования, например, по системам подводных добычных комплексов, доля импорта должна упасть к 2020 г. с 90% до 70%. Это очень важно, так как данное оборудование предназначено, в том числе для работы на арктическом шельфе. Также существенно должен быть снижен импорт компрессорных установок (с 80% до 60%), подземного оборудования для закачивания скважин с применением множественного гидроразрыва пласта (с 95% до 80%) и др.

- Принимают ли участие недропользователи в формировании списков необходимого для замещения оборудования?
- При Минпромторге в январе текущего года сформирован научно-технический совет (НТС) по развитию нефтегазового машиностроения, в рамках которого сформированы экспертные группы. По результатам их совещаний приказом Минпромторга России от 27.03.2015 №609 был утвержден перечень оборудования, технических устройств, комплектующих (в том числе элементной базы), программного обеспечения, а также услуг (работ) для топливно-энергетического комплекса, подлежащих импортозамещению в краткосрочном, среднесрочном и долгосрочном периодах.

- Сергей Юрьевич, расскажите более подробно о деятельности экспертных групп. С какими российскими производителями уже удалось наладить контакт?
- Экспертными группами НТС был проведен анализ потребностей в импортном оборудовании по всем крупнейшим нефтегазовым компаниям с целью выявления конкретной номенклатуры технических средств, которые в настоящее время закупаются у зарубежных поставщиков и выявили так называемые «красные зоны», т.е. группы технических средств доля которых критически высока (более 70%), отсутствие доступа к которым может привести к остановке производства, и как следствие, к потенциальной угрозе национальной безопасности России. По каждой из «красных зон» после глубокой проработке модераторами экспертных групп предложены программы импортозамещения, включающие в себя дорожные карты мероприятий до 2020 года и бюджетную оценку.
По результатам деятельности экспертных групп, как я уже говорил, утвержден перечень оборудования и услуг подлежащих импортозамещению.
Приведу пример одного предприятия. Буквально недавно мы были во Владимирской области, в Гусь-Хрустальном. Там есть завод «Гусар», который специализируется на выпуске трубопроводной арматуры для нефтегазовой промышленности, и его продукция успешно используется на трубопроводах, предназначенных для транспортировки нефти, нефтепродуктов, природного газа, а также различных агрессивных сред, воды и водяного пара.
У «Гусара» есть деловой партнер – компания «Конар», которая производит опоры трубопроводов, фланцы, задвижки и прокладки, которые до этого приобретались полностью по импорту. «Конар» организовал на базе старого обанкротившегося завода в Челябинске совместное российско-итальянское предприятие, взял по более или менее комфортным ставкам кредит в ВТБ, и сегодня там работает сталелитейное производство, позволяющее получать свои крупногабаритные отливки из высококачественных углеродистых и нержавеющих марок стали, а не закупать импортные.
И сегодня «Конар» стал участником соглашения в числе нескольких других компаний, в том числе иностранных, с «Транснефтью» по организации полного цикла производства насосного оборудования на территории России в Челябинске. И это лишь один из примеров.

- Из-за кризиса СМИ регулярно дают прогнозы на заморозку или сокращение финансирования программ, пользующихся бюджетной поддержкой. В каких объемах сохранится господдержка нефтегазового машиностроения и производства нефтегазового оборудования?
- В настоящее время для поддержки проектов локализации нефтегазового оборудования на территории России в полном объеме реализуются следующие меры господдержки предприятий нефтегазового машиностроения:
• финансовая поддержка модернизации производственных мощностей предприятий;
• субсидирование затрат на НИОКР для новых разработок;
• выдача льготных кредитов из Фонда развития промышленности;
• совершенствование таможенно-тарифного регулирования топливно-энергетического комплекса, в том числе увеличение ставок ввозных таможенных пошлин по ряду товарных позиций продукции нефтегазового комплекса при наличии отечественных аналогов
• разработка механизмов стандартизации и сертификации отечественной продукции с целью включения в проекты российских нефтяных и газовых компаний отечественных технических решений и участия в данных проектах отечественных производителей технологического оборудования.
• компенсация части кредитной ставки по взятому кредиту
• создание консорциумов или совместных предприятий с участием производителей нефтегазового оборудования и потребителей (нефтегазовых компаний)
• создание межотраслевого многофункционального испытательного центра нефтегазового комплекса и др.
Со стороны государства в реализации проекта по импортозамещению могут принять участие Фонд развития промышленности, Внешэкономбанк и другие государственные институты развития.

- Как вы считаете стоит ли в крупнейшей нефтегазовой провинции – в Югре развивать систему полигонов для апробации новых технологий добычи?
- В Югре необходимо создавать испытательные полигоны для тестирования инновационного оборудования не только в сфере нетрадиционной нефтегазодобычи, но и традиционной. Минпромторг России не раз озвучивал такое мнение.
Не секрет, что отечественный нефтегазосервис переживает не лучшие времена. Отсутствие доступных кредитов и господдержки, неплатежи и длительные сроки оплаты услуг, инфляция и прочие проблемы в скором времени, по мнению экспертов, могут привести к «истощению» российской нефтегазосервисной отрасли.
Для более эффективного продвижения и внедрения инновационных разработок Югре необходимы полигоны для апробации новых технологий добычи "обычной" и трудноизвлекаемой нефти, ведь оборудование и технологии отечественных компаний, участвующих в импортозамещении, необходимо тестировать, интенсивно работать над их улучшением, причем с доступными условиями входа на полигон. Ведь нефтяные компании крайне не охотно идут на предоставление своих производственных мощностей в качестве пилотных площадок. Этот вопрос, в том числе обсуждается в рамках Научно-технического Совета.

- Какое оборудование для нефтегазовой отрасли пока еще сложнее всего заместить? От чего мы пока не можем отказаться?
- В наибольшей зависимости от импорта находятся следующие номенклатурные позиции оборудования, технических устройств, комплектующих и услуг для нефтегазового комплекса РФ:
• оборудование подземное для закачивания скважин с системой селективного управления, парогенераторы и изолированные термостойкие трубы – (доля импорта – 95%);
• ГРП и другие технологии воздействия на продуктивный пласт и призабойную зону – (доля импорта – 92%);
• роторно-управляемые системы, навигационное оборудование определения положения бурового инструмента, оборудование по управлению буровым устройством – (доля импорта – 83%);
• прикладное программное обеспечение – (доля импорта – 90%);
• инженерное Программное обеспечение (ПО моделирования) – (доля импорта – 90%);
• промышленное программное обеспечение (АСУ ТП) – (доля импорта – 91%);
• криогенные насосы высокого и низкого давления для перекачки СПГ – (доля импорта – 80%);
• газораздаточные колонки СПГ с коммерческим учетом – (доля импорта – 90%);
• бортовые топливные системы для автотранспортных средств, использующих СПГ в качестве моторного топлива – (доля импорта – 90%), а также еще более 50 наименований.

- Сергей Юрьевич, в каких видах импортозамещающей продукции преуспевают отечественные производства?
- Несмотря на высокий уровень зависимости от импорта оборудования в нефтегазовой отрасли по ряду следующих товарных позиции отечественные производители в настоящее время занимают достаточно устойчивые позиции: погружное нефтедобывающее оборудование; трубопроводная арматура; насосное оборудование; буровое оборудование.
При этом в настоящее время Минпромторгом России организован сбор инвестиционных проектов, направленных на локализацию или разработку собственных технологий и производство оборудования.
Например, «Уралмаш» разрабатывает системы привода для установок бурения вторых и горизонтально-направленных стволов. «Пермская компания нефтяного машиностроения» договорилась с потребителями об испытании новейшего комплекса роторной управляемой системы (для буровых установок).
Для крупнейших российских нефтяных компаний ОАО «НК «Роснефть», ОАО «НК «Лукойл», ОАО «Газпром нефть» и других разработаны целые линейки погружного нефтедобывающего оборудования: энергоэффективные, малогабаритные, высокотемпературные центробежные установки, насосы для добычи вязкой нефти. Такое производство налажено группами компаний Борец, Новомет, Римера. Группа компаний Борец разработала уникальный погружной линейный привод для плунжерного насоса, позволяющий добывать нефть в скважинах глубиной до 4000 метров, не доступных для устаревших штанговых приводов насосов-качалок.
На ОАО «Буланашский машиностроительный завод», входящего в состав холдинга ПГ «Генерация», успешно проведена контрольная сборка и завершен цикл испытаний модульной двухэшелонной кустовой буровой установки «УБК 320 МКС-Ч», грузоподъемностью 320 тонн. Данная буровая изготовлена по российско-канадскому проекту и адаптирована к производству и эксплуатации в РФ. Буровые установки подобного типа имеют ряд преимуществ по сравнению с уже выпускаемыми в России установками.

- Корейские и китайские нефтесервисные компании проявляют интерес к сотрудничеству с Тюменской областью – крупнейшей нефтегазодобывающей провинции России. Как развивается сотрудничество со странами АТР в вопросах замещения нефтегазового оборудования?
- Мы в активном поиске деловых партнеров, посещали предприятия Китая, изучали площадки в Индии и Южной Корее. И, конечно же, Япония, которая тоже, к сожалению, ввела санкции, но мы пытаемся с ними общаться. Здесь возникают серьезный выбор и конкуренция между двумя взаимозамещающими линейками – европейской и азиатской. Нужно понять, насколько у нас нет движения в партнерстве с европейцами, и тогда уже определять отношения с китайцами и другими азиатскими поставщиками.

- Какое оборудование или технологии готовы нам предоставить предприятия стран АТР?
- В результате введенных санкций западными странами на рынок нефтесервиса России все больше выходит китайское оборудование.
Дело в том, что в Китае производится немало оборудования западных компаний, аналоги которого уже производят сами китайцы. В отсутствие западного оборудования и российских аналогов, на запуск производства которых может уйти до 5 лет, китайское оборудование может существенно помочь российскому нефтесервису. Сейчас Китай стремительно развивает мощности производства того оборудования, которое пока Россия производить не может в достаточных объемах. Это оборудование для бурения скважин с горизонтальным окончанием, для проведения гидроразрыва пласта (ГРП) и т.д.
АНГИ

Сергей Юрьевич, насколько плачевно обстоит дело с импортозамещением в российском нефтегазовом комплексе? Все очень плохо?
Вокруг этого много домыслов. Одни специалисты излишне оптимистичны и уверяют, что вопросы импортозамещения в ближайшее время будут полностью решены. Другие пишут, что российская промышленность в своем теперешнем состоянии не способна производить качественную продукцию.
На самом деле ситуация отнюдь не так печальна. Например, оборудование для нефтегазодобычи у нас практически полностью российского производства. Станки-качалки делает «Уралтрансмаш», фонтанную арматуру — Воронежский механический завод, «Техновек», «Корвет», Зеленодольский завод, насосы для нефтедобычи — «Борец», «Алмаз», «НОВОМЕТ», «Алнас».
Неплохое положение и в сфере бурового оборудования, в которой работает целая группа российских компаний: «Уралмаш НГО Холдинг», «Машпром», «Волгабурмаш», «Ижнефтемаш» и многие другие. Прекрасную телеметрию для бурения производит НПО «Луч» в Новосибирске. Можно уверенно сказать, что многие проблемы в бурении и нефтегазодобыче на суше решаемы силами наших предприятий.
Непростая ситуация сложилась с оборудованием для переработки углеводородного сырья, что связано с практикой покупки технологий. В течение длительного времени наши компании не занимались развитием собственных технологий, предпочитая приобретать готовые на Западе. Причем это были технологии разных зарубежных компаний, что и спровоцировало многие сегодняшние проблемы.

Но это же технологии, а не оборудование…
Так закупка технологий неизбежно влечет за собой и закупку иностранного оборудования. Вообще, это серьезнейшая проблема, препятствующая импортозамещению в сфере нефтепереработки. Проекты по изготовлению технологических установок вторичной переработки нефти для российских НПЗ в основном реализуются зарубежными лицензиарами: Axens (Франция), UOP, ConocoPhilips, Chevron, Foster Wheeler (США) и другими. Материальное исполнение аппаратов, а также требования к материалам (в частности, катализаторам) закладываются исходя из возможностей зарубежных производителей оборудования и поставщиков материалов и комплектующих.
Лицензиары ведут так называемые вендерные листы, где заложены рекомендуемые производители оборудования и материалов, а это обычно иностранцы. Российские компании лицензиарам неизвестны и ими игнорируются. Не желая рисковать, западный лицензиар отказывается нести ответственность, если используется незнакомое российское оборудование, которое он не одобрил.
Западные нефтяные компании владеют технологиями нефтепереработки, а в России, несмотря на высокие цены на нефть, это направление в течение длительного времени не развивалось. Кстати, в СССР были разработки в сфере нефтепереработки, но у нас их не внедряли. Так что многие из них утекли за рубеж и потом вернулись к нам под видом иностранных.

Получается, что наша нефтепереработка на технологической игле у западных компаний?
К сожалению, такая тенденция существовала довольно долго, поэтому импортозамещение в переработке углеводородного сырья — один из приоритетов деятельности Минпромторга. Аналогия с иглой в данном случае довольно точна. Дело в том, что зарубежная машиностроительная продукция, поставляемая на НПЗ в рамках ремонтно-эксплуатационных нужд и сервисного обслуживания работающих технологических установок, стоит гораздо дороже. Это связано с маркетинговой политикой иностранных компаний: запасные части на эксплуатируемое оборудование отличаются многократным (в 7–10 раз) увеличением стоимости по сравнению с первичной поставкой. Да и сроки таких поставок достаточно длительны.

А делают ли вообще оборудование для НПЗ в России?
У российского производства оборудования для нефтепереработки хороший потенциал. Так, реакторное оборудование производят «Волгограднефтемаш», Ижорские заводы, «Уралхиммаш», «Дзержинскхиммаш», «Салаватнефтемаш», «Пензхиммаш», «Курганхиммаш».
Многие изготавливают и колонное оборудование, например, тамбовский завод «Комсомолец», «Петрозаводскмаш», «Уралтехнострой», «Энергомаш — Атоммаш». В производстве насосно-компрессорного оборудования лидируют «Казанькомпрессормаш», АО «ГМС Ливгидромаш»», «Димитровградхиммаш», «Пензкомпрессормаш», печного оборудования — «Алитер-Акси», «Пензхиммаш», «Эскорт», арматуры для НПЗ — «Пензтяжпромарматура», «Самараволгомаш», «Тяжпромарматура», Усть-Каменогорский арматурный завод, Благовещенский арматурный завод и другие. Кроме того, в России много изготовителей качественного емкостного оборудования, аппаратов воздушного охлаждения, центробежных насосов.

Как выявить наиболее эффективных производителей оборудования?
Только путем прямого опроса потребителей. Такой опрос нефтегазовых компаний регулярно проводится, в частности, по оборудованию для нефтепереработки. Публикуются и его итоги по основным товарным группам. Важно, чтобы здесь не было никаких специально отобранных жюри, а именно сами потребители давали производителям оценку на основе истории взаимодействия.
За рубежом используются известные системы FPAL (First Point Assessment), Achilles Information Limited, куда поставщики предоставляют основную информацию, в том числе данные о компании, производимой продукции, сервисных работах и деятельности в целом. В системе, что очень важно, есть и отзывы потребителей, информация об итогах выполнения поставщиками крупных контрактов. Все отображается в определенном структурированном формате. Для описания товаров и услуг используется классификатор с названиями и кодами.
По сути, это как бюро кредитных историй, где собрана основная информация, в которой нуждается потенциальный заказчик. Такие базы упрощают процесс дорогостоящей и длительной предварительной квалификации. Рынок становится более прозрачным, транспарентным, снижается уровень коррупции. Мы планируем заниматься созданием таких баз. Делать это необходимо в сотрудничестве с отраслевыми ассоциациями, прямо заинтересованными в том, чтобы очистить рынок от сомнительных фирм и оставить на нем только достойных поставщиков.

Но ведь нефтегазовые компании сами проводят предварительную квалификацию, у них есть собственные базы поставщиков…
Все так, но обмен информацией между ними не налажен. И это тоже проблема, которая требует решения. У любой нефтяной компании есть базы поставщиков: у «Транснефти» — свои, в структурах «Газпрома» — свои. На повестке дня — создание единого «бюро кредитных историй» производителей нефтегазового оборудования, где можно ознакомиться не только с их хвалебными самоотчетами и рекламой, но и с отзывами потребителей. Данная мера будет существенным вкладом в оздоровление рынка нефтегазового оборудования.
Удивляет, что нефтяные компании мало общаются между собой, не делятся информацией. Когда Минпромторг стал собирать их для обсуждения проблем импортозамещения, то превратился в важную площадку для обмена мнениями потребителей нефтегазового оборудования.

Насколько реально нефтегазовым компаниям договориться о каких-то единых требованиях к поставщикам?
Решать эту проблему следует в первую очередь отраслевым ассоциациям. Они должны разрабатывать требования, а также правила работы на рынке и согласовывать их со своими членами и потребителями.
На мой взгляд, пока потенциал многих ассоциаций, среди которых Союз нефтегазопромышленников, СРО «Нефтегазсервис», Ассоциация строителей газового и нефтяного комплексов, Союз производителей нефтегазового оборудования, Ассоциация арматуростроителей, Ассоциация производителей насосов, Ассоциация компрессорщиков и другие, в полной мере не используется. Им предстоит активизировать свою деятельность по выработке единых правил работы на рынке.
Необходимо отметить и роль Росстандарта, который координирует работу по созданию самых необходимых стандартов на нефтегазовое оборудование. На мой взгляд, чтобы эти стандарты применялись, не «легли под сукно, надо для их подготовки привлекать участников рынка — нефтегазовые и машиностроительные компании. Нефтяники и газовики должны признавать эти стандарты в качестве основных, а машиностроители придерживаться их при изготовлении оборудования. Поэтому, полагаю, было бы правильным и финансовое участие нефтяников и газовиков подготовке таких важных отраслевых документов…

Вы призываете пойти по пути Американского нефтяного института. Будет ли в России создан такой национальный институт нефти и газа?
В России, насколько мне известно, уже несколько нефтегазовых институтов и ассоциаций с приставкой «национальная». Важно, чтобы они были национальные не по названию, а по сути. Нужны профессионалы, которые способны готовить нормативные документы по которым будет работать тот или иной сектор рынка. В этом отношении достаточно неплохо продвинулась Ассоциация арматуростроителей, которая регулярно выпускает рыночные обзоры и организовывает подготовку необходимых стандартов.
American Petroleum Institute прощел огромный путь, прежде чем превратился в законодателя для нефтегазового машиностроения. Авторитет API основан не на административных рычагах, любой производитель нефтегазового оборудования вправе не придерживаться API, а на авторитете организации, который она заработала десятками лет упорной и профессиональной работы. К сожалению, иногда прослеживается стремление навязать нефтяникам, газовикам и машиностроителям стандарты сверху, что не вполне правильно и противоречит мировой практике.

Как будут финансироваться программы по импортозамещению? Кто должен платить — госбюджет или потребители оборудования?
Идеальный вариант, когда не бюджет, не потребители, а сами предприятия осваивают оборудование за счет собственных или кредитных средств. Из опыта проведения конверсии в 90-е годы скажу, что было много случаев, когда бюджетные ресурсы уходили в песок. Можно привести много негативных примеров из тех же 90-х, когда отдельные нефтяные компании начинали финансировать производство импортозамещающего оборудования. Это привело к тому, что из-за перепроизводства некоторые российские заводы, затратив много средств и усилий, были вынуждены свернуть дело.

Какое перепроизводство?
Например, в 90-е годы отдельные нефтяные компании стали самостоятельно, без оглядки на коллег, финансировать производство того или иного оборудования. Надо было заместить бакинские станки-качалки — целая группа заводов взялась за их освоение. Потребовалось заместить грозненскую фонтанную арматуру и цементировочные агрегаты (завод во время войны был уничтожен) — опять была задействована целая группа заводов, без какой-либо координации. В итоге, убедившись в отсутствии спроса, многие предприятия вынуждены были свернуть производство ненужной на рынке техники.

Непонятно, в чем тогда роль Минпромторга и нефтегазовых компаний?
Она как раз в предотвращении подобных негативных сценариев. Необходимо грамотно сформировать консолидированный спрос на те изделия, которые сегодня в России не производят, а затем согласовать с нефтяными компаниями технические требования к осваиваемой технике. Нашему министерству постоянно приходится проводить работу, чтобы соблюсти баланс между интересами потребителей и производителей нефтегазового оборудования.

И при наличии такой консолидированной потребности российские машиностроители начнут осваивать новое оборудование?
Если у них будут гарантии, что при соблюдении ими требований к техническому уровню и качеству техники ее станут покупать, то конечно! Причем покупать будут не из-за самой низкой цены, что отбрасывает отрасль назад, а потому, что оборудование передовое и качественное.
Отработкой механизмов, позволяющих обеспечить наших машиностроителей такими гарантиями, и занимается Минпромторг. При этом эффективность процесса импортозамещения существенно выше.

А государственных средств не будет вообще?
Будут, но только в качестве софинансирования, чтобы дать старт чему-то очень важному для отрасли. Заводы часто жалуются, что система получения господдержки для промышленных предприятий очень сложна, так что над этим тоже надо поработать.
Но в целом я считаю, что бюджет надо расходовать на формирование системных механизмов, например, мониторинга в нефтегазовом комплексе. В ходе заседания межведомственной рабочей группы по снижению зависимости российского топливно-энергетического комплекса от импорта, которое состоялось летом в Санкт-Петербурге, было принято решение о создании такой системы.
По итогам ряда совещаний с представителями экспертного сообщества была выработана концепция системы мониторинга и определены ее основные исполнители. В рамках этой системы будет осуществляться сбор и анализ актуальной информации. Причем она будет поступать не только из профильных ведомств (Росстата, ФТС России), но и от субъектов рыночной деятельности — добывающих, сервисных и машиностроительных предприятий. Систематизированная рыночная информация послужит необходимой базой для принятия взвешенных и четко выверенных правительственных решений.

Можно ли установить обязательную долю российского оборудования в нефтегазовом комплексе по аналогии с законом о СРП?
Работать надо скальпелем, а не топором. Как я уже говорил, есть сферы, оборудование для нужд которых практически все изготавливается в России. Для реализации других проектов приобретаются иностранные технологии и техника. У каждой конкретной нефтегазовой компании своя специфика. И не только у компании, но и у любого отдельного проекта. Если рубануть с плеча, установив долю по всем проектам, мы можем парализовать деятельность нефтяников и газовиков. При таком подходе вреда будет больше, чем пользы. Выходить на усредненные цифры обязательного участия надо, но в каких-то проектах они будут высокими, а где-то — ниже.
Необходимо изучать все крупные инвестиционные проекты в нефтегазовом комплексе и определять уровень локализации после тщательного анализа ситуации, понимания перспектив участия в них российских промышленных предприятий. В качестве примера можно отметить взаимодействие Минпромторга с «СИБУР Холдинг». Мы разрабатываем поэтапный план мероприятий по импортозамещению, так называемую дорожную карту, в рамках реализации проекта по строительству Амурского ГПЗ и в перспективе Амурского ГХК.

В чем роль Минпромторга? Каковы механизмы достижения такого показателя?
Механизм интеграции отечественных компаний в нефтегазовые проекты формируется за счет взаимодействия Минпромторга, заказчика, оператора проекта, проектных и строительных организаций и производителей оборудования, а также экспертной оценки проектов.
Минпромторг получает опросные листы, спецификации и технические проекты с указанием массогабаритных характеристик, технологических особенностей, параметров работы технологического и вспомогательного оборудования, которое отечественные предприятия могут производить в соответствии с требованиями лицензиаров, и указывает данные предприятия в вендерных листах. Затем министерство направляет полученные материалы российским предприятиям согласно вендерным листам.
Машиностроительные предприятия, в свою очередь, направляют нефтегазовой компании подтверждение и обоснование возможности поставки оборудования, соответствующего требованиям иностранных лицензиаров, и технико-коммерческие предложения. Нефтегазовая компания сообщает Минпромторгу о принятом по итогам рассмотрения информации предприятий и технико-коммерческих предложений решении.
Минпромторг собирает информацию о технологических решениях, выбранных лицензиарах, EPCM-контракторах, исполнителях проектных работ, поставщиках оборудования и доле участия отечественных производителей в реализации инвестиционных проектов.

Какие рычаги есть у Минпромторга?
Минпромторг принимает решения о предоставлении инвесторам нефтегазовых проектов налоговых, таможенных и иных льгот, включая классификационное решение, освобождение от уплаты НДС и ввозных таможенных пошлин. Мы руководствуемся тем, что инвестор должен обеспечить максимально возможную локализацию проектных работ, оборудования и услуг российских предприятий.
При этом сложно переоценить роль правительственного постановления о специальных инвестиционных контрактах, принятого в июле 2015 года.

Можете кратко изложить суть документа?
Инструмент специального инвестиционного контракта предусмотрен Федеральным законом «О промышленной политике в Российской Федерации». Согласно специнвестконтракту инвестор обязуется в определенный срок создать на территории Российской Федерации производство промышленной продукции, а другая сторона, Российская Федерация, обязуется в течение срока действия инвестконтракта осуществлять меры по стимулированию деятельности в сфере промышленности, предусмотренные законодательством.
Правительством уже утверждены правила заключения специальных инвестиционных контрактов, а также форма специального инвестиционного контракта для отдельных отраслей промышленности.
Нормативными актами установлено, что инвестор вкладывает в инвестиционный проект инвестиции на сумму не менее 750 млн руб. и предпринимает практические действия по реализации инвестиционного проекта. При этом под практическими действиями может пониматься как непосредственное производство в рамках инвестиционного проекта, так и обеспечение данного производства привлеченным лицом. То есть терминологически инвестор — это либо тот, кто и вкладывает инвестиции, и осуществляет производство, либо тот, кто только вкладывает, но тогда производством занимается промышленное предприятие, которое подписывает специнвестконтракт на стороне инвестора.
Конкретные стимулирующие меры фиксируются при заключении специнвестконтракта в каждом случае индивидуально. Такие меры предусмотрены действующим законодательством. Неизменность указанных мер гарантируется в течение срока действия специнвестконтракта.

Государство дает максимальные преференции нефтяникам, которые готовы участвовать в создании новых производств в России?
Да, причем в этом случае именно Минпромторг выступает федеральным органом исполнительной власти, который проводит работу по подготовке специнвестконтрактов с консорциумами, образованными под руководством нефтегазовых компаний. Такой подход позволит привлекать внебюджетные источники финансирования для развития процесса импортозамещения в нефтегазовом комплексе.

От редакции
Готовясь к беседе с ответственным чиновником Минпромторга России, мы ожидали услышать примерно такой самоотчет: «Машзаводу Х выделено столько-то денег, машзаводу Y — столько-то. В рамках такой-то программы на 2016 год мы заложили столько-то средств». Мы были приятно удивлены, что в ходе беседы не звучало практически ничего об освоении средств госбюджета. Разговор шел о создании механизмов, позволяющих сблизить интересы заказчиков и производителей промышленной продукции для нефтегазового комплекса, повысить долю российской промышленности в нефтегазовых проектах. Обсуждались пути повышения транспарентности рынка нефтегазового оборудования, формирования системы его информационного обеспечения, устранения барьеров для выхода на рынок передовых российских технологий и техники для нефтегазового комплекса.

АНГИ

Рейтинг поставщиков нефтегазового комплекса

Рейтинг производителей оборудования, катализаторов и инжиниринговых компаний для нефтегазопереработки

Рейтинг нефтесервисных компаний

Рейтинг нефтегазостроительных компаний

Рейтинг производителей трубной продукции для нефтегазового комплекса

Рейтинги поставщиков топливно-энергетического комплекса

Рейтинг служб материально-технического обеспечения нефтегазовых компаний

Индикаторы цен на продукцию для нефтегазового комплекса

XI Конференция "Строительство в нефтегазовом комплексе", Нефтегазстрой-2022, 26 мая 2022 года

XII Конференция "Модернизация производств для переработки нефти и газа", Нефтегазопереработка-2022, 29 сентября 2022 года

ХVI Конференция "Нефтегазовый сервис в России", Нефтегазсервис-2022, 27 октября 2022 года

ХV Конференция "Подряды на нефтегазовом шельфе", Нефтегазшельф-2022,28 октября 2022 года

Telegram-канал Модернизация ТЭК

Настенные карты "Инвестиционная активность в российском ТЭК

Предложить новость »


Рекомендуем почитать


Рейтинг@@Mail.ru
^