Доклад руководителя ПАО "Газпром нефть" Валерия Дюкова вызвал большой интерес

02.12.2020 Нефтегазовая промышленность

Глава «Газпром нефти» Александр Дюков выступил с докладом на совещании о развитии нефтегазохимической отрасли, которое проходило под руководством президента РФ Владимира Путина. Вот как об этом написали в отраслевой группе ТЭК:
О чем говорит большинство руководителей при встрече с президентом? Обычно просят денег, льгот, преференций и пр. и пр.

Глава "Газпром нефти" всегда говорит об общих проблемах и делает много в интересах всей нефтегазовой отрасли. Причем не только нефтегазовой отрасли, но и смежных отраслей, хотя, казалось бы, зачем это ему... Государственное мышление!.
Судя по тому, что "Газпром нефть" уже сделала, они выполнили работу министерств, ведомств, неработающих отраслевых ассоциаций.
Мало кто знает, что именно они оптимизировали систему согласования с Главгосэкспертизой. Перевели все в цифру и не надо возить самолетами тонны документов. Создали уникальную по прозрачности систему МТО. Сейчас ведут работу с Ростехнадзором, Минстроем, создают отраслевые институты, развивают международные связи, консолидируют нефтяников и так далее.
Молодцы!

Александр Дюков предложил три способа повышения эффективности новых проектов в сфере нефтегазохимии: 
•         совершенствование нормативно-правовой базы и отказ от устаревших требований;
•         более активное применение цифровых технологий;
•         развитие российской системы сертификации и стандартизации.

ВИДЕО ВЫСТУПЛЕНИЯ ГЛАВЫ "ПАО ГАЗПРОМ НЕФТЬ" ВАЛЕРИЯ ДЮКОВА

А.Дюков: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович!

Добрый день, уважаемые коллеги!

Как Вы уже сказали, Владимир Владимирович, безусловно, нефтегазохимическая отрасль имеет значительный потенциал для развития. Есть сырье, есть устойчиво растущий спрос, и это дает возможность построить или начать строительство до 2030 года более 100 новых нефтегазохимических установок. При этом объем инвестиций в строительство новых мощностей может превысить 3 триллиона.

Есть вызовы. К этим вызовам, безусловно, относится высокая капиталоемкость и продолжительные сроки реализации нефтехимических проектов. У этих проектов, как правило, нет запаса прочности по внутренней норме доходности, рентабельность невысокая, поэтому стоимость и сроки строительства – это критически важные факторы, слишком высокие капитальные затраты и длительные сроки реализации. Как результат, низкая норма доходности часто вынуждает инвесторов отказываться от реализации новых проектов по созданию мощностей.

По каким направлениям работы по повышению эффективности реализации нефтехимических проектов я хотел бы сегодня доложить?

Первое направление – совершенствование регулирования в проектировании и строительстве. [Второе] – применение новых цифровых технологий при проектировании и строительстве. И третье направление – развитие отечественной системы стандартизации и сертификации.

Первое направление – это совершенствование требований к проектированию и строительству. Как организовано регулирование? Процесс регулирования и строительства регулируется со стороны различных министерств и ведомств, регулирование осуществляется через нормативно-правовые акты. Из пяти ведомств нормативные правовые акты двух ведомств – Минстроя и Ростехнадзора – оказывают наибольшее влияние на процесс создания новых нефтехимических производств.

Естественно, объективно, по определению эта система регулирования – поскольку речь идет о создании и эксплуатации опасных промышленных объектов – не может быть простой, она сложная и со временем, конечно, имеет тенденцию обрастать все новыми и новыми требованиями, становиться избыточной, содержать дублирование и противоречащие друг другу требования. Поэтому требуется периодическая работа по ее оптимизации. Что делается в этом направлении?

В отношении норм, регулирующих промбезопасность и строительство, реализуется механизм «регуляторной гильотины». В рамках реализации этого механизма в сфере промбезопасности (а я вместе с руководителем Ростехнадзора, мы являемся сопредседателями рабочей группы) планируется отменить уже в ближайшее время более 150 нормативных актов, вместо них будет издано 73 нормативных акта. Ожидается, что около 10 процентов обязательных требований, оказывающих негативное влияние на инвестиционную деятельность, будет отменено. Как я сказал, эта работа в ближайшее время будет завершена. Такая же работа проводится и в сфере строительных норм и правил. Там также ведется работа по обновлению нормативной базы в рамках механизма реализации «регуляторной гильотины».

Также я хотел бы отметить, что Минстроем совместно с бизнесом в последние годы была уже проделана значительная работа по совершенствованию нормативно-технической базы для строительства нефтегазохимических объектов. Были подготовлены новые или внесены изменения в восемь сводов правил. И это, конечно, позволит оптимизировать требуемые капитальные затраты на реализацию проектов.

Важный комментарий. «Гильотинирование» этих избыточных требований, дублирование противоречащих друг другу требований – это очень важные направления по совершенствованию требований к проектированию и строительству нефтегазохимических объектов. Но не менее важным в регулировании является обеспечение условий для разработки и применения новых технических решений, позволяющих оптимизировать капитальные затраты. Нужно развивать новые подходы и механизмы регулирования, делающие его менее догматичным и более гибким.

Что я имею в виду? Система регулирования проектирования и строительства промышленных объектов, которая досталась по наследству Российской Федерации, – это система, сформировавшаяся в советское время.

Как шел процесс формирования этого регулирования? В эпоху индустриализации правительством закупались за рубежом новые заводы, в том числе и по программе ленд-лиза, и строились по тем чертежам, инструкциям, руководствам, которые прилагались к поставляемому из-за рубежа оборудованию. Одновременно шел процесс формирования, создания отечественной нормативной базы. Инструкции, руководства, переведенные с английского языка, ложились в основу отечественных стандартов, норм и правил, требования которых дополнительно еще ужесточались с учетом возможных авиаударов и аварий, вследствие человеческого фактора. В результате мы заимствовали чужой опыт, что в принципе, наверное, не всегда плохо. Но проблема в том, что в советское время мы в основном копировали результаты, а не процессы.

Зарубежные технические решения, которые мы копировали, были актуальны и для своего времени, но со временем устаревали, при этом оставались составной частью системы регулирования в течение десятилетий. В результате в советское время была сформирована система предписывающего регулирования, при котором нормативные требования являлись безусловными. То есть они предполагали жесткое исполнение строительных и любых других норм регулирования, создавая тем самым препятствия для применения новых инновационных технических решений, снижающих стоимость строительства.

Нам в последние годы совместно с федеральными ведомствами и бизнесом удалось запустить процесс перехода от предписывающего к целеустанавливающему регулированию. Что такое целеустанавливающее регулирование? Это подход, который позволяет отступать от норм и правил при наличии технических решений, обеспечивающих достижение допустимого уровня риска, так называемый риск-ориентированный подход. Он позволяет применять современные технологии, материалы, оборудование, повышать экономическую эффективность для инвесторов, но при этом обеспечивать высокий уровень безопасности объектов, что важно и о чем Вы сказали.

Механизмами, которые позволяют применять риск-ориентированный подход, является механизм обоснования безопасности в сфере промбезопасности и механизм спецтехусловий в области строительных норм и правил.

Хочу сказать, что принятию механизма обоснования безопасности предшествовала серьезная работа на протяжении нескольких лет. Были разработаны методики, внесены изменения в Федеральный закон №116 о промбезопасности, изменения в постановление Правительства. Как результат, механизм обоснования безопасности уже внедрен, действует с 2018 года. Уже разработано более 500 обоснований безопасности в ТЭК. Эта работа продолжается, и, по нашей оценке, применение механизма обоснования безопасности должно принести сотни миллиардов рублей экономии для инвесторов.

Хочу сказать, что возможностей для применения данного подхода компаниями на нефтехимических предприятиях, в ТЭК в целом достаточно много. В каждом случае эффект от применения составляет десятки или сотни миллионов рублей. Важно, что компании все активнее начинают пользоваться данным механизмом.

В области строительных норм и правил механизмом, аналогичным обоснованию безопасности, является механизм специальных технических условий – так называемых СТУ, – который позволяет также достигать значительной экономии при проектировании и строительстве объектов нефтехимии. За последние пять лет принято более 2,5 тысячи СТУ, за последний год уже тысяча СТУ. Я говорю в целом о ТЭК.

Но что можно было бы изменить? Есть много регулярно повторяющихся решений в СТУ, и мы предлагаем предусмотреть возможность признания стандартными регулярно повторяющиеся СТУ и закрепить их на нормативном уровне в виде норм в своде правил, чтобы исключить необходимость их повторной разработки. Это позволит как сократить затраты на разработку, так и сроки разработки СТУ.

Подводя итог по этому направлению, по этому разделу – совершенствование требований к проектированию и строительству, – я хочу сказать о том, как мы видим задачи, которые стоят перед нами.

Первая задача. Мы должны завершить реализацию механизма «регуляторной гильотины» в сфере промбезопасности и строительства.

И вторая задача – продолжить развивать целеустанавливающее регулирование, риск-ориентированный подход, в рамках которого и предусмотреть возможность закрепления часто регулярно повторяющих решений в СТУ на нормативном уровне в виде норм в свод правил.

Второе направление – повышение эффективности в реализации проектов за счёт применения новых цифровых технологий при проектировании и в строительстве. Мы начали активно применять эти технологии, в том числе сами участвуем активно их в разработке. Что это за технологии? Это технологии BIM – [информационное] моделирование, которое позволяет осуществлять проектирование химических мощностей в цифровой среде. Это беспилотные воздушные средства, которые позволяют осуществлять и доставку груза, и инвентаризацию грузов, и оценивать объем земляных и строительных работ. Это и технология дополненной реальности, которая позволяет осуществлять дистанционный контроль, аддитивные технологии, 3D-печать и многие другие.

Их использование позволяет существенно сократить сроки проектирования, снизить стоимость строительства, повысить качество работ.

Есть определенные барьеры на пути использования этих технологий. Основная проблема состоит в том, что эта сфера регулирования является новой, и для внедрения этих технологий нужна легитимизация возможности их применения. Это касается и верификации данных, полученных с использованием цифровых технологий, и принятие их надзорными органами, это касается правового регулирования, распределения ответственности между участниками взаимодействия.

Есть и другие вопросы, которые требуют решения, и для этой новой сферы нам нужно сформировать нормативно-правовое регулирование.

Третье направление нашей работы, о котором хотел бы доложить, – развитие отечественной системы стандартизации и сертификации.

Хочу сказать, что системы стандартизации и сертификации уже давно стали инструментом конкурентной борьбы в мире за рынки поставки материалов и оборудования.

Если говорить о проектах нефтехимии, то при их реализации, как правило, используются зарубежные технологии, и при проектировании установок по этим технологиям применяются в основном зарубежные стандарты. Как это происходит? Лицензиар (держатель технологий) разрабатывает базовый проект и при разработке базового проекта формирует требования к оборудованию и материалам, как правило в соответствии с иностранной системой стандартизации (это API, ASTM, ASME). И это, конечно, создает определенные ограничения для участия российских производителей в поставках оборудования, материалов, в том числе на объекты нефтехимии.

Наши производители оборудования, как правило, лишены возможности участвовать в процессе разработки и утверждения новых стандартов. Скажем, стандарты API – это американский институт нефти, он задает стандарты, требования к оборудованию. И поэтому наши производители вынуждены просто следовать за иностранными производителями, которые являются своего рода законодателями технической моды.

Вторая проблема заключается в том, что наши производители зачастую испытывают трудности с прохождением сертификации своей продукции по этим стандартам: по тому же API проблемы с получением монограммы API, и [наши производители] находятся в риске отзыва этой монограммы в случае поставки оборудования, санкционированного российским организациям.

Если говорить о стандартах по материалам, например, о ASTM – это американское общество по испытанию материалов, – оно задает требования к материалам, из которых нужно изготавливать оборудование. Российские марки стали по ГОСТ там в большинстве случаев не учтены, поэтому возможности применения стали отечественных металлургов затруднены, и нередко российские производители оборудования вынуждены закупать сталь за рубежом.

Что мы предприняли для противодействия такому техническому, технологическому диктату через институты стандартизации и сертификации? В феврале этого года «Газпром», «Газпромнефть», «СИБУР» и «Татнефть» создали отраслевую организацию – Институт нефтегазовых технологических инициатив, ИНТИ. В ИНТИ уже вошло 45 участников: кроме заказчиков, это нефтегазовые и нефтехимические компании. В ИНТИ вошли также производители оборудования и, что важно, международные лицензиары, которые готовы будут руководствоваться отраслевыми стандартами ИНТИ при разработке базовых проектов, что создаст дополнительную возможность участия в проектах российских производителей оборудования и материалов.

В рамках ИНТИ уже сформировано 10 профильных комитетов, один стандарт разработан и будет утвержден, идет разработка еще семи стандартов. Важно, что интерес к этой инициативе проявляют и национальные нефтегазовые компании стран ОПЕК и СНГ: ADNOC (крупнейшая национальная газовая компания Арабских Эмиратов), Saudi Aramco, «КазМунайГаз», «Узбекнефтегаз». «Узбекнефтегаз» уже подписал с ИНТИ меморандум о сотрудничестве.

Мы считаем, что у ИНТИ хорошие шансы на международное признание его стандартов, что, в свою очередь, даст возможность отечественным производителям оборудования и материалов осуществлять поставки не только на отечественный рынок, но и на рынок стран ОПЕК.

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Из наших предложений, я вижу, не вошел в проект поручений [по итогам] совещания третий пункт. Хочу отметить важность работы по развитию ИНТИ. Важным фактором является участие всех крупных нефтегазовых компаний, и, если возможно, [просим] дать поручение включить это предложение в протокол совещания.

Спасибо.

Администрация Президента России

Обсуждение новости идет в Facebook по ссылке »


Предложить новость »



Рейтинг@@Mail.ru
^